Бытовая песня Бытовая песня, с одной стороны, и танец — с другой, разумеется, в характерном для Шуберта преломлении (то есть с предпочтением вальса, экосеза, галопа менуэту и гавоту), прочно войдут в творческое сознание композитора и обеспечат ему наряду с отголосками других форм бытового музицирования тот удивительный сплав лирической проникновенности и объективной трезвости высказывания, который определяет особое промежуточное положение его искусства на стыке классицизма и романтизма.

Нет сомнения, что воздействие песенного начала оказалось для творчества Шуберта решающим. Но это отнюдь не равносильно прямому отражению закономерностей вокальной лирики в инструментальном творчестве композитора. Даже в жанре инструментальной миниатюры, в экспромтах и музыкальных моментах песенность проявляется в сочетании с традициями классической двух и трехчастной формы.

По отношению же к истокам танцевальным непосредственное влияние бытовых прообразов дает о себе знать даже более ощутимо, чем в песне, что восходит к прикладному генезису соответствующих инструментальных произведений композитора. Ведь именно в них рельефнее всего обнаруживаются связи с фольклором вплоть до несвойственного Шуберту в других областях творчества цитирования народно-танцевальных мелодий.